за службу

Награда нашла героя…

И на бессмысленной работе есть свои передовики и отстающие…

Флотская мудрость 

                                  Командир третьего дивизиона электромеханической боевой части ракетного подводного крейсера «К-…» капитан 3 ранга Бобков Роман  страшно, до зубной боли хотел уволиться в запас. Все этапы подготовительной  деятельности к такому событию были  уже пройдены. Начиная от безответных рапортов на имя всех командиров и начальников, заканчивая выговорами и истериками своего флагманского механика и командира дивизии. Наконец,  удостоверившись, что офицер настроен серьезно, от него отстали, подписали все рапорта и отправили в штаб флота представление на увольнение в запас. Оставалось ему теперь только одно — ждать и ждать. По опыту предыдущих поколений — долго. Месяца три-четыре. Поэтому Роман сразу согласился на предложение родного командира остаться старшим с матросами на время  экипажного отпуска. Просидеть, особо ничем себя не утруждая, март, апрель и май, а затем с чистой совестью убыть в последний положенный отпуск перед увольнением в запас. Пусть даже к этому времени тебя уволили. Положено отгулять — так отгуляю! А летом отдыхать все же лучше.

Офицеры и мичмана во главе с командиром получили отпускные и в течение одного дня  растворились на бескрайних просторах страны, на целых три месяца. А Бобков впрягся в ежедневную служебную рутину. Роман был офицером исполнительным и дисциплинированным. Проверял вахты, определял матросов в наряды и ходил на всевозможные доклады к командиру дивизии. Все катилось по проторенной дорожке, претензий  со стороны командования  не было, дата возвращения экипажа неумолимо приближалась.

Как-то утром Романа совершенно неожиданно и в неурочное время вызвал командир дивизии. Тот, естественно, на крыльях прилетел в штаб, поправил форму и постучался в дверь адмирала. Комдив сидел за рабочим столом, и просматривал какие- то бумаги.

—   Товарищ адмирал! Капитан 2 ранга Бобков по вашему приказанию прибыл!

Адмирал оторвал взор от стола.

—      А, Бобков! Проходи, садись.

Роман подошел  и аккуратно присел на краешек стула. Адмирал помолчал, покусал губу и начал говорить:

— Понимаешь, Бобков, интересная ситуация сложилась. Ваша последняя автономка оказалась очень удачной. Это наши стратеги в Москве так решили. Отчеты полистали и чуть не описались от восторга. Ну, и спустили на флот целеуказание наградить троих офицеров орденами. «Звездами шерифа». На выбор командира корабля. Сам понимаешь, ты сейчас самый главный начальник в экипаже, а представления на ордена надо уже завтра на флот отправить. Решай, кого, печатай, завтра с утра мне на подпись. Вопросы есть?

Роман осознал, что попал в капкан. Созвониться с командиром нереально. Он то ли в Питере, то ли у матери в Крыму. Определишь фамилии сам, а вдруг ошибешься? Потом командир при полном расчете с частью все припомнит. Адмирала Роман тоже понимал. У того с командиром сложились непростые отношения, и адмирал, судя по всему, назначать награждаемых своим приказом не хотел, чтобы избежать  очередного конфликта с командиром корабля. Мол, не посоветовались, наградили, кого попало. А здесь живой ВРИО командира, целый капитан 3 ранга, пусть выполняет. А как — его забота.

Бобков все же попытался возразить комдиву, но тот сурово поставил его на место и приказал выполнять, а не разговаривать. Половину оставшегося дня  озабоченный офицер пытался разыскать своего командира по всем явочным телефонам. Пустой номер. То ли командир до смерти заинструктировал родственников о полном молчании, то ли его действительно нигде не было, но к вечеру Роман все же, наконец, осознал, что этот обзвон просто бесполезная трата денег и «награждать» народ придется именно ему. Вернувшись в часть, он забрал бланки представлений, пишущую машинку и заперся в кабинете командира. Задача предстояла очень нелегкая. Кого представлять? Около часа Роман ломал голову над списком экипажа, подсчитывал, у кого больше всего благодарностей за последний год, кто отличился в последнем походе, но к окончательному выводу так и не пришел. В пепельнице дымилось уже с дюжины окурков, когда почти уволенного в запас Романа осенило. Что голову ломать! И застучали клавиши пишущей машинки. Первое представление на орден «За службу в Вооруженных силах III степени» Роман оформил на самого командира. Второе после недолгих колебаний — на замполита. Третье собрался на старпома, но вовремя затормозил. Старпом после отпуска уходил в Питер на классы, значит, награда уйдет из экипажа. Это недопустимо. Перебрав еще раз всех офицеров, Роман подумал: а почему бы не я? За плечами двенадцать лет на лодках, тринадцать дальних походов, а на груди только три юбилейные медали в два ряда. Несправедливо! Да и кто осудит? По нынешним-то временам, когда награждают неохотно, и в основном «мохнатых» или по разнарядке. Вперед! И капитан 3 ранга Бобков Р.А.  добросовестно оформил третье представление на себя,  без каких-либо угрызений совести.

Утром следующего дня Роман понес бумаги на подпись командиру дивизии. Адмирал осмотрел документы, хмыкнул при виде фамилии Бобков, но подписал все три, сопроводив это фразой:

—   Все равно никому и ничего не дадут. Им главное отписать.

Потом Роман сдал бумаги в отдел кадров, их засекретили, и больше он их не видел. Снова потекли дни и дела, за которыми Роман совершенно забыл о недолгих мучениях по поводу наград и всего остального с этим связанного. Поэтому когда экипаж вернулся из отпуска, он даже забыл рассказать своему начальнику об отправленных бумагах. Потом и самого Романа оформили в отпуск, и он уехал готовить почву для будущей гражданской жизни.

Через три месяца почти гражданский офицер вернулся в родной гарнизон для окончательного расчета с Вооруженными силами. О том, что приказ о его увольнении уже пришел, он знал. Недаром звонил каждую неделю в отдел кадров флота. Дело оставалось за малым —  подписать обходной, собрать бумаги, получить деньги и — в путь! В части командир встретил Бобкова с иронической ухмылкой:

—   Здорово, герой! Вовремя вернулся. Пошли на дивизионное построение. Орден тебе вручать будут. Ты, прям, как чуял, сегодня на службу вышел. Я уж за тобой вечером посылать собрался. Да ребята предупредили, что ты с утра будешь.

Изумленный неожиданным сообщением офицер замялся и сразу не нашел чего сказать. Потом, немного переварив услышанное робко спросил командира:

—        Товарищ командир! А как же вы и зам? Я же три представления подавал?

Тот беззлобно хмыкнул:

—   Награда нашла одного героя! Да ты не кукожься, меня все равно бы не наградили. А замполиту награды ни к чему, он до сих пор воду в гальюне смывать боится. На педаль ногой жмет и лицо прикрывает… Только, конечно, предупредить бы надо было меня, а то, как серпом по яйцам. Меня комдив вызывает и говорит: вас, товарищ капитан первого ранга,  нашли недостойным к награде, а вот ваш офицер Бобков — фигура героическая… Он воду льет, а я ни хрена не пойму, о чем речь идет! Ладно, пошли! С тебя стакан, отставник!

На построении  командир дивизии произнес традиционный монолог об ответственности, дисциплине, и т.д. и т.п. Поставил задачи на ближайшие недели и перешел к главному. Бобкова вызвали из строя, и под рукоплескания всего строя дивизии вручили большую и блестящую «звезду шерифа» за «… добросовестное и инициативное выполнение приказа Родины…».

Вечером мы теплой кампанией обмывали  орден. Под шило и непритязательную закуску Роман  рассказал, в общем-то чисто военную историю его награждения. Отдел кадров дивизии  отфутболил представления в отдел кадров флотилии. По нынешним временам награды —  штука редкая, и документы особо тщательно изучались самым высоким местным командованием. В итоге замполит из претендентов на получение награду выбыл. Начпо флотилии припомнил все огрехи своего подчиненного и решил, что тот идейно слабо подкован для такого отличия. Плюс ко всему прочему у самого начпо этого ордена не было. Ну и задавила жаба начальника, и все тут! Фамилия же Бобков никому ничего не говорила. Какой-то капитан 3 ранга? Ну и шут с ним! Дальше по инстанции, уехали уже два представления. Штаб Северного флота  тоже творчески подошел к определению достойных. Командующий вычеркнул фамилию командира. Что за нахальство! Награждать Моих подчиненных через Мою голову! Хрен вам! Но все же приказ-то из  самой Москвы. Кого-то надо оставить. А что это за Бобков? Его кто-нибудь знает? Вот пускай его и награждают! Если захотят…  И в Москву полетели документы только на одного Романа. А там уже не глядя ни на должность, ни на ранг, их внесли в общие списки, подшили и поднесли министру обороны на подпись. Тот и подмахнул, не глядя. Не барское это дело бумажки перебирать. Клерков достаточно. И полетел приказ министра вместе с орденом обратно. И долетел аккурат к возвращению Романа из его последнего военного отпуска.

Вот так и в мирное время награды находят героев…

Добавить комментарий